Русский полководец Щеня Даниил Васильевич


Щеня Даниил Васильевич (?–1519)

Сражения и победы

Знаменитый русский полководец времен Ивана III и Василия III. Вошел в историю как победитель при Ведроши — пожалуй, самой яркой из побед московского оружия в войнах с Литвой — и покоритель Смоленска.

Своей верной службой двум государям способствовал становлению единого Московского государства.

Даниил Васильевич Щеня принадлежал к одной из ветвей Гедиминовичей. Его прадед Патрикий Наримонтович выехал из Литвы в Московское княжество в 1408 г. и стал родоначальником нескольких знатных фамилий — Булгаковых, Голицыных, Куракиных. Его сын Юрий женился на дочери Василия I, сына Дмитрия Донского, а внук Даниил оказался потомком и Ивана Калиты, и литовского князя Гедимина.

Иван III

Иван III

Впервые в источниках будущий полководец упоминается в 1457 г. в связи с пожертвованием сельца митрополичьему дому им, его старшим братом Иваном Булгаком и дядей И.Ю. Патрикеевым. Вполне возможно, что вместе с Патрикеевым он участвовал в походе на Вятку, которым тот руководил (поход закончился удачно). Но это лишь предположение, до 1475 г. о Данииле Щене ничего не слышно, и мы узнаем о нем лишь в связи с походом Ивана III на Новгород «миром», когда он сопровождал великого князя в качестве одного из «бояр», т.е. просто входил в состав свиты, а не является обладателем высшего думного чина. А затем князь Даниил вновь надолго исчезает со страниц истории — на 13 лет. И появляется на них вновь не в качестве военачальника, а дипломата — ему вместе с упомянутым выше И. Ю. Патрикеевым, а также Яковом Захарьичем Иван III поручил ведение переговоров с имперским послом Николаем Поппелем.

Все христианские царства пришли к концу и сошлись в едином царстве нашего государя, согласно пророческим книгам, это и есть римское царство: ибо два Рима пали, а третий стоит, а четвертому не бывать.

(Из посланий старца Филофея, идеологема периода Василия III)

Образование единого Российского государства в 1462-1533 гг.

Образование единого Российского государства в 1462-1533 гг.

Однако уже в следующем, 1489 г., Даниил Щеня оказывается воеводой большого полка в походе на Вятку — очевидно, он уже не раз участвовал в боевых операциях, и отнюдь не на второстепенных ролях (определенную роль сыграла в назначении, несомненно, и его знатность). Хотя в 1459 г. Вятка безоговорочно капитулировала перед армией Патрикеева, но многие вятчане не хотели подчиняться Москве и продолжали фрондировать, а в 1486 г. даже совершили нападение на Устюг. Иван III собрал в помощь московскому войску рати из северных городов (Устюга, Вологды, Каргополя и др.). Прислал отряд и казанский хан Мухаммед-Эмин, посаженный на престол московским князем в 1487 г.

Армия выступила в поход 11 июня 1489 г. Ее передовым полком командовал Г.В. Морозов. Сведения о том, что экспедиционный корпус насчитывал 64 тыс. чел., вызывают серьезные сомнения, но ясно, что его численность значительно превосходила силы вятчан. Поэтому они предпочли не давать правильного сражения и запереться в Хлынове — главном городе и крепости своего края. Довольно скоро осажденные выслали делегацию, которая преподнесла дары московским воеводам и заявила о готовности целовать крест на верность великому князю. Однако последовало требование выдать враждебных Москве представителей местной знати, на что после двухдневных размышлений вятчане ответили отказом. Как и следовало ожидать, Даниил Щеня приказал готовиться к приступу. Опасность того, что отразить его не удастся (последствия этого для города и населения были очевидны), была велика, и осажденные предпочли сдаться. Однако теперь в Москву отправили не только семейства враждебных ей вятских бояр, которых ждала казнь, но и вполне лояльных ей — обычная практика переселения: так, вопреки договоренности в 1485 г., были переселены из родных краев семьи новгородских бояр.

Вскоре князь Даниил покинул вятскую землю и уже в феврале 1490 г. мы видим его наместником Юрьева-Польского. А в начале 1493 г. он вновь повел в бой московские полки, на сей раз на литовцев. Вместе с ним отправился в поход и его двоюродный брат В.И. Патрикеев (будущий церковный публицист Вассиан Патрикеев). Возглавленная ими рать осадила Вязьму и вынудила ее к капитуляции. Это был, пожалуй, главный «приз» Москвы в вооруженном противостоянии с Литвой в 1492-1494 гг.

Поход москвитян. Художник С. Иванов

Поход москвитян. Художник С. Иванов

Менее удачлив оказался воевода во время начавшейся в 1494 г. войны со Швецией. Войско Даниила Щени, Василия Шуйского и Якова Захарьича подступило к стенам сильнейшей шведской крепости — Выборга — и 8 сентября начало ее осаду. Однако ни ожесточенные обстрелы из пушек, ни неоднократные приступы успеха не принесли. И хотя даже неприятели признавали силу московской артиллерии, говоря, что русские «показали свою мощь», через три месяца осаду все равно пришлось снять. В августе 1496 г. князь Даниил совершил рейд во владения шведов, однако подробности операции неизвестны. В марте же 1497 г. война со Швецией, ставшая для сторон пробой сил, закончилась, по сути, ничейным результатом.

Примечательно, что ни неудача под Выборгом, ни опала, постигшая в 1499 г. дядю и двоюродного брата полководца, И.Ю. и В.И. Патрикеевых, на карьере полководца не сказалась — очевидно, великий князь успел оценить его способности. Более того, в 1500 г., когда началась новая война с Литвой, он ясно дал понять, что благоволит Даниилу Васильевичу: Щеня был назначен воеводой большого полка, а Юрий Захарьич, брат упомянутого Якова, только что взявший Дорогобуж, — лишь передового; он заупрямился и подал жалобу Ивану III. Но тот прислал грозный ответ: «Тебе стеречь не князя Даниила, стеречь тебе меня и моего дела… ино не сором быть тебе в сторожевом полку». Юрию пришлось смириться.

Великий князь литовский Александр Казимирович направил к Дорогобужу войско гетмана К. М. Острожского. Он выступил к р. Ведроши, где уже стоял Юрий Захарьич. Разбив московский передовой отряд, литовцы дошли до р. Тросны, на другом берегу которой располагались численно превосходившие их полки Даниила Щени, и там «стояша много дни». Наконец по наведенному мосту они перешли через Тросну, и 14 июля 1500 г., в годовщину сражения на Шелони, началась битва. Бой был ожесточенным — уверяли, что он длился шесть часов. Князь Даниил хорошо использовал многодневную передышку и нашел место для засадного полка, который в нужный момент нанес удар во фланг неприятеля. Литовцы обратились с бегство. По приказу Щени мост через Тросну разрушили, и победители принялись преследовать остатки вражеской армии на левом берегу реки. Окончательно они были разгромлены на речке Полма, здесь попал в плен гетман Константин Острожский и б?льшая часть его свиты. Автор Вологодско-Пермской летописи уверяет, будто погибло 30 тысяч литовцев, что, несомненно, является преувеличением. Новгородской IV летописи сообщается о 5 тысячах убитых и 500 пленных из войска побежденных, что куда ближе к истине, хотя мы и имеем дело с округленными цифрами. Ясно, что враг был разгромлен, Сражение, получившее с легкой руки немецкого дипломата и автора «Записок о Московии» Сигизмунда Герберштейна название битвы при Ведроши, стало, пожалуй, самой яркой из побед московского оружия в войнах с Литвой. Правда, полностью воспользоваться ее плодами не удалось — Смоленск, путь на который был теперь открыт, взять в тот раз так и не удалось.

Во время этого сражения, которое с обеих сторон велось с равным воодушевлением и силой, помещенное в засаде войско, о существовании которого знали немногие из русских, ударило с фланга в середину врагов. Пораженные страхом литовцы разбегаются, их предводитель с большей частью свиты попадает в плен, прочие же в страхе оставляют врагу лагерь и, сдавшись сами, сдают также крепости Дорогобуж, Торопец и Белую.

(С. Герберштейн о битве на Ведроши в «Записках о Московии»)

Великий князь получает сообщение о победе

Великий князь получает сообщение о победе

В 1501 г. князя Даниила назначили одним из двух наместников Новгорода вместе с В.В. Шуйским — пост высокий и ответственный. Здесь обоим воеводам пришлось вести боевые действия против ливонцев, которые, несмотря на свою малочисленность, вели себя достаточно активно — в 1501 г. они разбили русское войско при Серице и взяли Остров, а в 1502 г. попытались овладеть Изборском и Псковом. Вскоре им пришлось снять осаду, но во время преследования неприятеля пришла ложная весть о его бегстве. Полки Щени и Шуйского перестали соблюдать боевой порядок, в результате чего при оз. Смолино ливонцы нанесли им поражение. И позднее превозносили свой успех до небес, хотя масштабы его были не так уж велики.

Василий III

Василий III

Летом 1506 г. князь Даниил отправился под Муром, ожидая нападения казанских татар, но оно, к счастью, не состоялось. В 1508 г. Щеня вернулся из Новгорода и принял участие в новой русско-литовской войне — Москва решила поддержать мятеж православного магната Михаила Глинского против великого князя Сигизмунда. Громких побед на сей князь Даниил не одержал: он соединился весной 1508 г. под Оршей с войском Якова Захарьича, дальше московские рати не продвинулись. Правда, осенью того же года Щеня очистил от неприятеля Торопец и привел к крестному целованию новому московскому государю Василию III его население, похоже, склонявшееся до этого на сторону Литвы. В марте 1509 г. в качестве новгородского наместника князь Даниил заключил 14-летнее перемирие с Ливонским орденом, который обещал воздерживаться от союза с Литвой.

В 1512 г. победитель при Ведроши удостоился еще более высокого назначения — должности московского наместника. В 1512 г. он вместе с другими воеводами отправился на Оку — рубеж, на котором было удобнее всего остановить начавшиеся в ту пору набеги из Крыма (правда, татары пересекать Оку не решились, ограничившись разграблением некоторых уездов к югу от нее). А зимой 1512 г. князь Даниил отправился вместе с великим князем в поход на все еще не завоеванный Смоленск. Шестинедельная осада города, несмотря на интенсивный артиллерийский обстрел и несколько приступов, успеха не принесла. В августе попытка была повторена, к Смоленску подошли рати Даниила Щени и Василия Шуйского. Однако поход из-за опасений татарских набегов начался слишком поздно, в городе успевали восстанавливать то, что разрушала московская артиллерия, и после четырехнедельных боев осаду вновь пришлось снять, ибо вести ее в условиях зимы было бы намного труднее.

Однако Василий III не успокоился, и в мае 1514 г. полки Даниила Щени и Михаила Глинского выступили на Дорогобуж и далее на Смоленск. В июле туда прибыл и сам великий князь. На сей раз обстрел города, которым руководил иноземный пушкарь Стефан, велся куда более успешно, осажденные несли большие потери, и население стало требовать от наместника Юрия Сологуба прекратить сопротивление, тем более что Василий III предложил очень выгодные условия (их очень скоро отменят из-за заговора представителей смоленской верхушки в пользу Литвы). Город открыл ворота победителям, и 1 августа 1514 г. великий князь вступил в Смоленск, взятие которого оказалось единственным крупным завоеванием за все время его правления. Уже в сентябре 1514 г. побежденный на Ведроши Константин Острожский разбил московские рати под Оршей, но Смоленск вернуть не смог.

Битва под Оршей

Битва под Оршей

Последнее упоминание о Данииле Щене относится к событиям лета 1515 г., когда он занял позиции под Дорогобужем, ожидая литовского наступления, однако его не последовало. О времени его кончины источники не сообщают.

Посылай уроженцев земли своей в далекие земли, чтобы они тебе приносили знания военные и обычаи царей доподлинно и знали бы все уловки военные.

(О разведке из сборника «Тайная тайных», переведенного на русский во времена Щени)

М.О. Микешин, И.Н. Шредер. Памятник Тысячелетию России. 1862 г. (Фрагмент)

М.О. Микешин, И.Н. Шредер. Памятник Тысячелетию России. 1862 г. (Фрагмент)

Даниил Васильевич был, несомненно, крупным полководцем, но, как мы видели, он познал не только радость побед, но и горечь поражений. Определить особенности его полководческий «почерк» не так-то легко — удар засадного полка при Ведроши князь Даниил осуществил великолепно, а при Смолине позволил себе ослабить бдительность, что привело к неудаче, хотя и не слишком серьезной. Но ясно, что свое дело Щеня знал и выполнял его добросовестно, и Иван III ценил это; Даниил Васильевич явно был у него в фаворе — достаточно вспомнить и историю с жалобой Якова Захарьича, и совместное с Шуйским сообщение, где воеводы писали: «Холопы твои Данило и Васюк Шуйский челом бьют». Шуйский назвал себя «Васюком», тогда как Щеня написал свое имя полностью. Думается, дело здесь не только в его гордости — ему было позволено больше других. Впрочем, он и добился больше других, войдя в историю как победитель при Ведроши и покоритель Смоленска.

Верно служа двум государям всея Руси — Ивану III и Василию III — Даниил своим военным талантом и храбростью добыл для них немало городов и земель, способствуя тем самым становлению единого Московского государства.

Читайте также:

Добавить комментарий

Войти с помощью: 

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *