О нижней хронологической границе «советского» периода в истории Донской археологии

В творческом наследии известного донского ученого-археолога В.Я. Кияшко есть одна научная работа, несколько выбивающаяся из массы произведений, посвященных древностям эпохи энеолита — эпохи бронзы, как основного направления его исследований. Это статья «Полвека советской археологии на Дону», опубликованная в 1972 г. в сборнике «Дон и Северный Кавказ в советской исторической литературе» (Кияшко 1972. С.14-22). Являясь по сути частью находившейся в работе диссертации «Нижнее Подонье в эпоху энеолита и ранней бронзы», защищенной в 1974 г., эта работа логично продолжала линию на изучение современного состояния археологии Дона, намеченную в известной статье С.М. Маркова (Марков 1962. С.22-39). Принципиально новым стало то, что В.Я. Кияшко, кроме детального обзора последних по времени раскопок (60-е гг. ХХ в.), отметил и принципиальные задачи тогдашнего времени, стоящие перед археологами: «ликвидировать острую нехватку краеведческой литературы, обеспечить выпуск плакатов, завершить работу по паспортизации археологических памятников и составлению археологической карты Дона… Не допускать разрушения ни одного памятника прошлого» (Кияшко 1972. С.21-22).

Важной представляется и попытка определения времени начала «советского» периода в развитии археологии на Дону. Эта проблема только на первый взгляд является ясной и определенной. Авторитетный Б.В. Лунин, говоря о «пореволюционном» периоде, указывал хронологический диапазон, начинавшийся 1917 годом (Лунин 1962. С. 14), а М.Г. Мошкова и Д.Б. Шелов писали о времени после «Великой Октябрьской революции» (Мошкова, Шелов 1974. С.8). Собственно этими работами и ограничиваются попытки в научной литературе представить общую периодизацию истории археологических исследований на Дону в 60-90-е гг. ХХ в. Отдельным массивом стоят многочисленные диссертационные работы, посвященные различным аспектам изучения археологических культур Дона. Как специфический источник по истории науки они рассматривались мною на I (XVII) Археологическом съезде в г. Новосибирске в 2006 г. в докладе «Археология Дона: периодизация истории и региональные особенности» (Программа 2006). Тогда было отмечено, что подавляющее большинство авторов этих работ, выделяя особый «советский» период (зачастую разделенный на фазы) определяют его началом 20-х гг. XX в. (чаще всего 1923 г. — как первым годом работ на Дону Северо-Кавказской экспедиции Российской академии истории материальной культуры). Этот подход и был впервые продемонстрирован в работе В.Я. Кияшко: «С приходом на Дон Советской власти наступил новый этап в изучении археологического прошлого нашего края» (Кияшко 1972. С.14-15). Это, в целом, соответствует и чисто политической характеристике начала «советского» периода истории Дона — с 1920 г., времени победы Красной армии над Вооруженными силами Юга России. Ранее, в 1955 г. Г.А. Иноземцев в диссертации «Бронзовый век Нижнего Дона» определял начало «советского периода» с 1919 г., т.е. временем создания Российской академии истории материальной культуры (Иноземцев 1955. С.23), а М.А. Миллер и Б.В. Лунин еще в 1935 г. вообще предпочли воздержаться от рассмотрения этого вопроса, ограничивая свои методологические построения ссылкой на «последнее пятилетие» (т.е. начиная с 1930 г.), когда были достигнуты «подлинные достижения марксистско-ленинской истории докапиталистических обществ, основанной на единственно правильном методе диалектического материализма» (Миллер, Лунин 1935. С.75-76).

Сегодня может показаться, что хронологически точное выделение особого «советского периода» в истории отечественной археологии своего рода рудимент традиционных, идущих еще от А.В. Арцыховского взглядов (Арцыховский 1959. С.614-632), а поэтому зачастую и порицаемых подходов к изучению истории науки. Сегодня скорее принято говорить либо о микроисторическом подходе, предусматривающем изучение научной биографии определенного ученого, историю конкретной научно-исследовательской организации или специфику изучения узкой исследовательской проблемы. Действительно, региональные особенности делают весьма сложным создание некоей «всеобщей» картины развития науки, если это исследование лежит вне институционального подхода. Однако здесь есть другая сложность, связанная с тем, что в этом случае придется ограничиться изучением деятельности основных академических учреждений огромного СССР. Даже при такой стратегии исследований период, ограничиваемый судьбоносными 1917 и 1991 гг., выглядит явно неоднородным с любой точки зрения. Тем не менее, научная работа, претендующая на оценку основных тенденций развития отечественной археологии не может обойтись без общих схем периодизации развития науки. По мнению Л.С. Клейна, поскольку «точные рубежи периодов не очень хорошо держатся. нужно определять рубежи более расплывчато», то следует сначала рассмотреть «смены социальной обстановки и организационных структур археологии», затем проследить «движение археологической мысли» и завершить исследование обзором биографий «наиболее примечательных археологов» (Клейн 2014, С.27-28).

Признавая необходимым выделение «советского» периода в истории развития археологии на Дону, необходимо учитывать оригинальные условия региона и особенности развития здесь научных учреждений и их деятельности во всем многообразии и специфике.

Выявленные на сегодняшний день источники позволяют по-новому взглянуть на вопрос о времени начала «советского» периода, что является одним из ключевых моментов в создании общей периодизации развития археологии на Дону. Подобная работа уже проделана применительно к отдельным аспектам истории музейного дела Дона [Boyko 2016. P. 210-211].

Для определения хронологических рамок «советского» периода в истории развития археологии на Дону наиболее важна его «нижняя» дата. Наиболее важными критериями для ее выделения представляются: 1) определение времени начала археологических раскопок, проводимых центральными или местными научными, образовательными либо краеведческими организациями; 2) существование и реорганизация при реалиях советской власти местных объединений краеведов и археологов-любителей; 3) особенности работы музеев как места хранения и обработки археологических коллекций.
Определение времени и места проведения первых археологических работ при установившейся советской власти опиралось на данные публикации С.А. Локтюшева о раскопках кургана, расположенного «в 4-х верстах к западу от г.Ростова». Раскопки проводились летом 1921 г. по инициативе Донского археологического института и при участии его ректора А.И. Яцимирского (Локтюшев 1928. С.12-14). Архивные материалы позволяют конкретизировать эти данные. В рукописном «Отчете о раскопках кургана», адресованном Донскому областному комитету по делам музеев и охране памятников искусства, старины, народного быта и природы (КОПИС), С.А. Локтюшев четко определяет время проведения работ — 11, 12, 19, 20 и 26 июня 1921 г. Однако сам курган был расположен «в 6-ти верстах к югу от г.Ростова» (ГАРО, Ф.2577. Л.37). Почему в итоговой публикации местоположение раскопанного объекта было указано иное, остается лишь догадываться. Но это были не единственные раскопки Донского археологического института. За год до работ С.А. Локтюшева, 27 июня 1920 г. сам А.И. Яцимирский произвел «раскопки в районе Кизитиринского городища», которые носили «показательный характер» (ГАРО, Ф.2577. Л.38). Таким образом, с точки зрения истории региональной археологии начало «советского» периода относится к лету 1920 г. С этим логично соотносится и другое важное событие — первый выпуск слушателей Донского археологического института, открытого 5 мая 1918 г.

Большинство авторов диссертационных работ, однако, акцентировали внимание на начале работ Северо-Кавказской экспедиции РАИМК, которое относится к 1923 г. (Миллер 1932. С.64). И здесь необходима некоторая коррекция. В архиве Новочеркасского музея истории донского казачества отложилась информация, принципиально изменяющая известную картину: «Из Академии Материальной Культуры прислано разрешение на право археологических раскопок в районе Черкасского Округа. Для руководства командированы член Академии А.А. Миллер и [Г.И.] Боровка» (Архив НМИДК. Л.48). Эта информация была помещена в черновик «Отчета» о работе Новочеркасского музея за май 1921 г., составленный директором Н.М. Шерстюковым. По косвенным данным известно о пребывании исследователей летом 1921 г. на Дону, но точные данные о проведенных работах пока не выявлены. Возможно, это связано с особенностью военно-политической ситуации на предполагаемом месте проведения раскопок — Черкасском округе. Здесь в начале 1921 г. бойцами бригады Г.С. Маслакова (красного командира, поднявшего мятеж против советской власти) был уничтожен Новочеркасский продотряд, убиты сотрудники выездной сессии Донревтрибунала, расстреляны местные милиционеры и др. Показательно, что период 1920-1922 гг. в истории Дона определяют как время «политического бандитизма», когда само проведение раскопок на значительном отдалении от городских центров было просто опасно для жизни. В любом случае, даже факт выдачи разрешения на право проведения раскопок в 1921 г., показывает интерес центральных научных учреждений Советской России к древностям Дона, создание, условно говоря, «плацдарма» для развертывания деятельности Северо-Кавказской экспедиции РАИМК в 1923 г.

Судьбы общественных объединений краеведов Дона в условиях революции и гражданской войны отличались не только организационной сложностью, но и подлинным драматизмом. Показательны трансформации самого многочисленного на Дону краеведческого общества -«Ростовского-на-Дону общества истории, древностей и природы», которое к 1917 г. практически прекратило свою деятельность в рамках дореволюционного устава.
В противоречивых условиях 1917 г. было основано новое добровольное научное общество, получившее название «Ростовского-на-Дону общества истории и древностей». Как и предшествующее, оно опиралось в своей работе на Ростовский музей, как центр притяжения местных любителей истории и археологии. Однако инициатива его создания исходила от преподавателей университета, профессоров А.М. Придика, А.И. Яцимирского и И.И. Закотина. Идею реформирования краеведческого общества поддержали преподаватели местных учебных заведений и малочисленные представители ростовской интеллигенции: В.А. Альгин, А.М. Ильин, В.И. Калин, Г.М. Левитский, А.Т. Стефанов, А.П. Федоров. Задачи общества не ограничивались исключительно изучением местных древностей. Так, в Уставе общества круг научных интересов был определен как экономика, социология, философия, антропософия и др. Заседания были закрытыми, т.е. на них могли присутствовать только действительные члены и члены-корреспонденты общества (Об[щест]во. С.18). С 19 сентября 1917 по 21 апреля 1921 гг. состоялось всего 32 заседания, на которых было заслушано большое количество докладов. Однако «камерность» работы общества вызывала серьезные возражения со стороны советских учреждений, которые по роду своей деятельности должны были заниматься изучением и хранением древностей.

Сохранившиеся в условиях гражданской войны, иностранной оккупации и многочисленных смен власти общественные организации мало устраивали своей либерально-демократической направленностью представителей советской власти. Ростов-на-Дону был занят красными войсками С.М. Буденного 10.01.1920 г. (окончательно освобожден от белых войск только 11.02.1920 г.), и уже через несколько дней руководству «Ростовского-на-Дону общества истории и древностей» пришлось принимать непростые решения: «Протокол №27 экстренного заседания Совета Ростовского-на-Дону Общества Истории и Древностей от 24-го января 1920 года под председательством Товарища Председателя Общества тов. А.Т. Стефанова в присутствии членов Совета: В.И. Калина, В.А. Каннского, А.Д. Силина, проф.А.И. Яцимирского при Секретаре А.М. Ильине. Заседание состоялось в помещении Городского Музея. Председательствующий доложил о поступившем приказе Отдела Нарпросвета, Под’отдела Искусств Копис’а от 23 января 1920 года за №14 следующего содержания: «В[есьма] Спешно.Ростовское н/Д Общество Истории и Древностей. Под’отдел Искусств предлагает председателю Общества, или лицу его заменяющему, не позднее 12 час[ов] дня, 26 сего января, доставить следующее: 1) протоколы заседаний с начала деятельности Общества по 1919 г. включительно, вместе с денежным отчетом; 2) список предметов, поступивших в музей после напечатания каталога с отметкой от кого и когда поступили; 3) печатный каталог в 2 экз[емплярах]; 4) командировать для сотрудничества в Комитет по охране памятников искусства и старины 2 членов Общества: одного специалиста по изобразительным искусствам и другого — по археологии и этнографии… Постановили:
I. Препроводить к назначенному сроку нижеследующее: 1. протоколы заседаний с начала деятельности Общества по 1919 г. включительно, 2. печатный каталог Ростовского на дону Городского Музея в двух экземплярах, 3. Устав О-ва в двух экземплярах, 4. список предметов, поступивших в Музей после печатания каталога и денежный отчет и 5. протокол заседания Совета от 24 января 1920 г.

II. Командировать для сотрудничества в Комитет по охране памятников искусств и старины как специалиста по археологии и этнографии члена Совета О-ва проф[ессора] А.И. Яцимирского и как специалиста по изобразительным искусствам члена Совета О-ва А.Д. Силина и выдать означенным лицам удостоверения о постановлении Совета относительно их командировки» (ГАРО. Ф.2577. Л.1).

Денежные суммы и все оговоренные материалы были переданы образованному 17 января 1920 г. в г. Ростове-на-Дону Комитету по охране памятников искусств и старины являвшемуся структурно подотделом искусств Донского областного отдела народного образования. Именно эта организация и стала первой советской научно-образовательной структурой в задачу которой входили вопросы организации археологических работ, охраны памятников древности и деятельности музеев.

Процесс «советизации» существовавших на Дону музеев -Новочеркасского (Донского, 1899 г. создания), Ростовского (1909 г.), Таганрогского (1914 г.) и Азовского (1917 г.) занял предельно короткий срок — январь-апрель 1920 г. (в г. Ростове-на-Дону с 23.01 по 2.03.1920 г.). Механизм был сведен к обязательной передаче в ведение новой власти печатей организаций, денежных активов и каталогов музеев (Бойко 2014, С.236). Сотрудники музеев обязаны были вступить в создаваемые профессиональные союзы, участвовать в выборах администрации и других советских мероприятиях. Ротация сотрудников на этом этапе не проводилась, однако были проведены масштабные структурные изменения: Ростовский городской музей получил название Донского областного (советского) музея искусств и древностей, а музей в Новочеркасске стал на время его филиалом (имевшим свой филиал в виде «древнехранилища имени Степана Разина» в ст. Старочеркасской). Открытым оставался вопрос о коллекциях, хранившихся в Донском археологическом институте и Донском университете, поскольку они имели статус учебных. Материалы собраний института, вероятно, пополнили коллекцию Ростовского музея, а предметы из собрания университета были депаспортизированы и рассеяны при создании ФОНа (факультета общественных наук). Сегодня в экспозиции НОЦ «Музей истории ЮФУ» выставлено несколько муляжей изделий бронзового века, качество изготовления которых и особенности маркировки позволяют относить их к коллекции Археологического кабинета Варшавского университета.
Таким образом, исходя из определенных ранее критериев для определения времени начала «советского» периода истории археологии на Дону можно сделать вывод о его начале в пределах весны — лета 1920 г., поскольку в это время уже сформировались основы организационной структуры, в компетенции которой находились профессиональные занятия археологией (раскопки — кабинетные исследования — хранение древностей — подготовка специалистов) и были проведены раскопочные работы, которые изначально были связаны с учебным процессом в стенах Донского археологического института и Донского университета.

Литература

  • Архив Новочеркасского музея истории донского казачества (НМИДК). КП-16342. Д.555.
  • Арцыховский А.В. Археология. Очерки по истории исторической науки в СССР. Ч. 2. М.-Л., 1959. С. 614-632.
  • Бойко А.Л. О механизмах «советизации» музеев Дона (1920-1924) // Краеведческие записки. Сборник научных трудов. Вып. 11. Новочеркасск, 2014. С. 234-240.
  • Государственный архив Ростовской области (ГАРО), Ф.2577. Оп.1. Д.8.
  • Государственный архив Ростовской области (ГАРО). Ф.2577. Оп.1. Д.29.
  • Иноземцев Г.А. Бронзовый век Нижнего Дона.: Дис. на соискание учен. степени кандидата ист. наук. Ростов-на-Дону, 1955.
  • Кияшко В.Я. Полвека советской археологии на Дону // Дон и Северный Кавказ в советской исторической литературе. Ростов-на-Дону, 1972. С.14-22.
  • Клейн Л.С. История российской археологии: учения, школы и личности. Т. 1. Общий обзор и дореволюционное время. СПб., 2014.
  • Локтюшев С.А. Погребение бронзовой эпохи из кургана близ г. Ростова-на-Дону // Записки Северо-Кавказского общества археологии, истории и этнографии. Вып.3-4. 1928. С.12-14.
  • Лунин Б.В. Археологическое изучение Подонья-Приазовья в дореволюционные и довоенные годы // Археологические раскопки на Дону. Ростов-на-Дону, 1962. С.5-21.
  • Марков С.М. Археологические раскопки на Дону в послевоенный период // Археологические раскопки на Дону. Ростов-на-Дону, 1962. С. 22­39.
  • Миллер А.А. Десять лет работы ГАИМК в Северо-Кавказском крае // Сообщения Государственной академии истории материальной культуры.
  • Миллер М.А., Лунин Б.В. К вопросу о развитии хозяйственных форм доклассового общества в бассейне Нижнего Дона // Советское краеведение в Азово-Черноморском крае. 1935. № 3. С. 73-126.
  • Мошкова М.Г., Шелов Д.Б. Введение. Новые материалы к истории Нижнего Подонья // Археологические памятники Нижнего Подонья. М.: Наука, 1974. С. 7-20.
  • Об[щест]во археологии, истории и этнографии // Бюллетень Северо­Кавказского бюро краеведения. 1926. №1 -2.
  • Программа Всероссийского археологического съезда «Современные проблемы археологии России» // URL http: //www.archaeology.nsc.ru/ru/about/hronik/archcongress06/program.pdf [время обращения 14.10.2017]
  • Boyko A.L. East through the Ethnographical Artifacts in Modern times // Humanities of memory and representation (2016 International Conference, Dong-A Core, 2016, 12 (28). The Dong-A University, 2017. P. 200-214. № 9-10. С. 63-67.

Автор: Бойко А.Л., (доцент ИИМО ЮФУ)

Источник: Проблемы археологии Восточной Европы и Дальнего Востока : материалы XII Международной археологической конференции студентов и аспирантов (Ростов-на-Дону, 26-29 ноября 2017 г.) / Южный федеральный университет ; [редкол.: Е. В. Вдовченков (отв. ред.) и др.]. — Ростов-на-Дону ; Таганрог : Издательство Южного федерального университета, 2017. — 305 с. ISBN 978-5-9275-2539-3

просмотров всего 200 , просмотров сегодня 1 

Читайте также:

Добавить комментарий

Войти с помощью: